Белесова. Фи! Что вы, что вы! Опомнитесь!
Цыплунов. Вам жалко его, не правда ли? Да, жалко, жалко. Оно прекрасно, оно такое светлое, чарующее. Так оставьте его… но вывеску, вывеску, какую-нибудь вывеску! Длинный хвост, особую прическу. Мало ли этих примет, по которым любители продажной красоты узнают свой товар!
Белесова. Ах! какое оскорбление! Как вы злы, ничтожный человек! Пирамидалов, заступитесь хоть вы за меня!
Пирамидалов (подходя к Белесовой). Можно ли так оскорблять женщину? Что вы!
Цыплунова. Юша, Юша, что ты делаешь! Пожалей ты хоть самого-то себя!
Цыплунов. Вы уничтожили мечту всей моей жизни, опустошили мою душу.
Белесова (презрительно). Да довольно. Пощадите!
Цыплунов. А вы меня щадили? Вы убили, вы утопили в грязи самую чистую любовь. Я ее лелеял в груди десять лет, я ее считал своим благом, своим счастием, даром небесным. Я благодарил судьбу за этот дар.
Белесова (Пирамидалову). Пойдемте. Проводите меня! Убежимте из этого дома сумасшедших!
Цыплунов. Нет, это не дом сумасшедших, но вы уходите! Это дом честных людей, и вам здесь не место. (Обнимая мать.) Посмотрите, как все здесь свято, какой здесь рай, и признайтесь перед собой и перед нами, что вам нет места между мной и моею матерью.