Дулебов. Да какая тут обида? В чем обида? Дело самое обыкновенное. Вы не знаете ни жизни, ни порядочного общества и осмеливаетесь осуждать почтенного человека! Что вы, в самом деле! Вы меня обижаете!
Негина (в слезах). Ах, боже мой! Нет, это выше сил…
Дулебов. На все есть приличная форма, сударыня! В вас совсем нет благовоспитанности; не нравится вам мое предложение, вы должны были все-таки поблагодарить меня и высказать ваше нежелание учтиво или как-нибудь на шутку свести.
Негина. Ах, оставьте меня, пожалуйста! Не нужно мне ваших нравоучений. Я сама знаю, что мне делать, сама знаю, что хорошо, что дурно. Ах, боже мой!.. Да не желаю я вас слушать.
Дулебов. Да что же вы кричите?
Негина. Отчего ж мне не кричать? Я у себя дома, кого ж мне бояться?
Дулебов. Прекрасно! Только вы помните, моя радость, что я обиды не забываю.
Негина. Ну, хорошо, хорошо, буду помнить,
Дулебов. Извините, я думал, что вы девица благовоспитанная; я никак не мог ожидать, что вы от всякой малости расплачетесь и расчувствуетесь, как кухарка.
Негина. Да ну, хорошо; ну я кухарка, только я желаю быть честной.