Окоемов. С деньгами скоро сделаем.
Оболдуева. То-то же. Я еще вам вот что скажу: у меня такой характер, коли я кого люблю, чтобы и меня на ответ любить завсегда, постоянно и аккуратно, и чтоб никаких подлостев.
Окоемов. Да помилуйте, как это возможно! Ваше расположение каждый должен за счастие считать. Вы от измены застрахованы.
Оболдуева. Ну, смотрите же, чтоб никакого даже сумления не было, чтоб мне этим самым сумлением не мучиться. А то я от сумления могу прийти в расстройство. Так сами рассудите, какой же мне антирес за свои же деньги себе расстройство чувств получить?
Окоемов. Совершенно справедливо.
Оболдуева. И при всем том я в расстройстве бываю ужасно как горяча и не только что всякими бранными словами, но и руками бываю неосторожна. Так что меня все домашние даже оченно боятся; потому я в это время никакой осторожности не наблюдаю, а что под руку попало.
Окоемов. Да, конечно, характеры бывают разные.
Оболдуева. Подождите, я подарю вам подарок. (Встает.)
Окоемов. Благодарю вас. (Целует руку Оболдуевой.)
Оболдуева. Ну, что целовать прежде времени. (Уходит.)