Кочуев. А теперь она настолько поправилась, что может жить и здесь. Извините! Мне пора ехать.
Барбарисов. Извините меня, что я вас задержал. Позвольте мне написать у вас две-три строчки Евлампии Платоновне. Я пошлю с кучером, а самому мне заезжать к ней некогда.
Кочуев. Сделайте одолжение! Вот вам и бумага и все, что нужно. (Идет к двери.)
Елохов. Виталий Петрович, Виталий Петрович!
Кочуев. Что тебе?
Елохов. Два слова.
Кочуев. Так поди сюда! (Кочуев и Елохов уходят в дверь направо.)
Явление пятое
Барбарисов один.
Барбарисов. Хитрит. Он знает, это по всему заметно. Тут непременно какая-нибудь штука с его стороны. Не к тещиным ли капиталам подбирается? Надо держать ухо востро. (Садится к столу и пишет письмо, потом, поминутно оглядываясь, разбирает разбросанные в беспорядке по столу бумаги.) Вот документик-то интересный! Экая прелесть! А вот и еще! Это приобресть не мешает на всякий случай. (Оглядывается на дверь, берет со стола два листка и кладет в карман. Потом укладывает письмо в конверт, не торопясь, тщательно надписывает адрес.)