Наркис. Я и то не заикаюсь, я тебе явственно говорю. А то я тебя и на порог к себе не пущу. А завтрашнего числа, как буду хозяину отчет отдавать, все твои дела ему, как на ладони.
Матрена. Не я ль твою образину кругом облагодетельствовала! И тебе не жаль свою благодетельницу?
Наркис. Который я раз тебе говорю, что во мне жалости нет. Ты на мою жалость и не уповай никогда.
Матрена. Ох, погубитель! погубитель!
Наркис. Вот что, ты тише, не делай страму прежде времени.
Матрена. Где я столько денег возьму?
Наркис. Ну, ежели малость чего нехватит, я прощу.
Матрена. Да как я к тебе приду-то? Ну, как Силантий увидит?
Наркис. А ты вот что: возьми у мужа кафтан либо шинель, да и надень, а на голову шляпу. Силантий ежели хоть и увидит, так подумает, что сам хозяин идет ко мне, браниться. А я пойду самовар поставлю, чтобы мне теплого…
Уходит во флигель, Матрена в дом, Силан выходит из ворот.