Бородкин. Что ж такое-с, плакать-то нам не впервой-с; радости-то мало видали-с!
Авдотья Максимовна. Вы давеча говорили что-нибудь с тятенькой?
Бородкин. Насчет чего-с?
Авдотья Максимовна. Вы говорили, так сами знаете, насчет чего.
Бородкин. У нас вообще был разговор, втроем-с – и Селиверст Потапыч тут был-с.
Арина Федотовна. Ты полно сиротой-то притворяться; мы уж слышали.
Авдотья Максимовна. Как же это вам, Иван Петрович, не совестно: не сказавши мне ни слова, да прямо тятеньке!
Арина Федотовна. Захотела ты от мужика совести!
Бородкин. Да вы что ж такое, в самом деле!.. Все мужик да мужик!..
Арина Федотовна. Он братцу Лазаря поет да штуки разные подводит, а тот ему и верит.