Мещанин. И я тоже насчет этих самых делов… только по яблочной части… У меня в саду тоже такую отделку произвели… в лучшем виде.
Сандырева. Слышите, Иван Захарыч, слышите-с? Как вам нравится?
Сандырев. Хм… да… ну, ловите… и к мировому их!
Сандырева. Вот это мило!
Мещанин (хохочет). Оченно даже антересно… к мировому-то? Так и мешков тех нехватит: ведь, их, никак, деток-то ваших, до дюжины по огородам фуражируют, помилосердуйте!
Солдатка. Да и как еще ты их поймаешь, скажи! Гляди-ка, как они по огороду-то, точно ужи, вьются. И ведь какие озорники! Ты его догонять — ну, уж и бежал бы без оглядки; а он еще между гряд-то колесом катится да языком тебя дразнит.
Сандырев (ударив кулаком по столу). Так вон же вы, невежество!
Мещанин. А ежели так, в таком случае я направлю стопы свои к господину исправнику. (Раскланивается и уходит.)
Солдатка. А я вдарюсь к инвалидному. (Уходит.)
Сандырев. Ну, и убирайтесь вы, куда знаете, только провалитесь с глаз моих! (Углубляется в газеты.)