Ашметьев. Тебе, кроме меня, никто из мужчин не нравится, то есть особенного расположения ты ни к кому не имела и не имеешь?
Варя (потупясь). Я не знаю… нет… кто же? Я ничего не чувствую.
Ашметьев. Ну, Мальков например.
Варя. Ах, папка, ты ревнуешь. Как я рада! Как весело!
Ашметьев. Отчего же тебе весело?
Варя. Да как же, папка! Кто ж меня здесь за человека считает! Ну, и сама я думала, что я просто девочка, которую одни по доброте ласкают, гладят по головке, как ребенка, а другие бранят да уму разуму учат, как отец да Вершинский. А теперь меня ревнуют, как настоящую женщину, да еще кто ревнует-то — папка! Ну, как же не весело.
Ашметьев. Это нисколько не весело, по крайней мере — мне. Но ты не отвечаешь на мой вопрос. Мальков тебе нравится?
Варя. Ничего, что ж, он человек хороший.
Ашметьев. Хороший?
Варя. Очень хороший.