Лизгунов (смеется). Понимаю! Это такие пустяки. Напрасно вы затрудняетесь сказать прямо. Ведь будем же свои люди. Итак, я имею ваше слово?
Сарытова. Что касается меня, я очень рада. Это было всегда моим желаньем.
Лизгунов. И прекрасно. В расположении Ольги Давыдовны я, кажется, сомневаться не должен. Гордость моя не допускает этой мысли. Если человек с моим состоянием и с моими достоинствами… и притом не ищет приданого — тут долго не думают!
Сарытова. Уж это ваше дело! Я ходатайствовать за вас не берусь!
Лизгунов. О, не беспокойтесь, я сам… я красноречив. Позвольте вашу ручку. (Целует.) Сколько же вам нужно денег?
Сарытова. Тысячи четыре.
Лизгунов. Ого! Впрочем, что ж, я готов. Когда же вам нужно?
Сарытова. Если можно, теперь.
Лизгунов. С собой такой суммы не имею, но сейчас съезжу за ней, а вы приготовьте какой-нибудь незначительный документик, векселек, конечно.
Сарытова. Вы мне не верите?