Бондырева. Ах, негодный!
Баркалов. Ну, еще что?
Бондырев (в дверях). Да брось ты его!
Она поворачивается, чтобы уйти.
Баркалов. Позвольте!
Бондырева останавливается.
Вы или отправляйтесь, или сидите в доме смирно — я в усадьбе шуметь не позволю!
Бондырева. Ах, пропадай ты тут пропадом! Оставаться больше нельзя, Семен Гаврилыч!
Уходит с мужем.
Баркалов. Фу! Работа, кажется, не трудная, а как устал. Теперь надо похлопотать, чтоб Лизгунов как-нибудь не встретился с Ольгой Давыдовной. Прежде с него денег возьмем, а потом пусть как хотят разговаривают. Хоть и придется уйти отсюда, — все-таки не с пустыми руками.