Архип. Погоди ты, не таранти! У ней самой язык есть. Говори ты, Татьяна.
Краснова. Муж теперь на меня сердится и не глядит совсем; он думает, что я его не люблю, так это он ошибается.
Жмигулина (делает знаки Красновой, чтоб та говорила). Она только его характеру боится.
Краснова. Я его люблю, как по закону следует. Если он про меня что дурное думает, так напрасно. Разве я могу променять его на кого-нибудь. Ни в жизнь этого не сделаю.
Жмигулина. Еще бы, этакого распрекрасного человека! Разве она не чувствует.
Краснова. Если я была в чем перед ним виновата, ну побранил, да и будет. Только будь он со мной ласков, а уж я-то всякое уважение ему сделаю. Так буду угождать, что он и не ожидает.
Жмигулина. Она и мне сколько раз говорила: я мужа очень люблю, даже очень.
Архип. Да что вы друг за другом так и погоняете! Сговорились вы, что ли?
Жмигулина. Да как же мне молчать-то? Разве мне приятно видеть, что сестра, которую я даже обожаю, живет с мужем не в согласии. (Делает знаки Красновой.)
Краснова. Так вот, дедушка Архип, я и хочу тебя попросить, чтоб ты поговорил мужу…