Краснова. За что же я буду мужу кланяться?
Афоня. А за все, что он делал для тебя. Я сам видал, как он перед тобой на коленях стаивал! Стыд головушке! (Закрывает лицо руками.)
Жмигулина. Что ж, коли ему это нравилось.
Афоня. Не хуже он вас, да кланялся, а теперь ты поклонись. Сними этот стыд-то с него. Не отвалится у тебя голова-то! Да и нам всем, и зятю поди поклонись, и сестре.
Краснова. Ну еще мужу сколько-нибудь на дело похоже, а вам-то за что?
Афоня. А за то, что брат всех нас обидел за тебя. С тебя разлад-то пошел в семье. Ты ему милей всех стала, милей всей родни.
Архип. Угомонись ты! Дай сердцу уходиться! Мы мириться хотим, а ты опять ссору заводишь.
Жмигулина. Вот и не муж, а какого страху задает! А дай-ка ему волю-то, так и житья от него не будет.
Архип (гладит по голове Афоню). Ну, что с него взыскивать? Он больной человек.
Входит Краснов.