Гурмыжская. Ты говорила ему?
Улита. Как же, сударыня, говорила и очень политично говорила. Барыня, говорю, не почивают, потому погода необнаковенная; гуляют они по саду, и даже, может, скучают, так как одни, не с кем им время провести. А вы лежите да нежитесь, какой же вы кавалер после всего этого. Он сейчас вскочил и стал одеваться.
Гурмыжская. Ну, хорошо.
Улита. Да вот еще, матушка барыня, уж и не знаю, как вам доложить.
Гурмыжская. Говори, что такое!
Улита. Барышня куда-то скрылась.
Гурмыжская. Ушла?
Улита. В комнате нет, и постель не смята.
Гурмыжская. И прекрасно.
Улита. Как же, матушка барыня?