Бодаев. Я не заплачу ни одной копейки, пока жив; пускай описывают имение.
Гурмыжская. Кому не заплатите?
Бодаев. На земство, я говорю.
Милонов. Ах, Уар Кирилыч, не о земстве речь.
Бодаев. Никакой пользы, один грабеж.
Гурмыжская (громко). Подвиньтесь поближе, вы нас не слышите.
Бодаев. Да, не слышу. (Садится к столу.)
Гурмыжская. Этот молодой человек, господа, сын одной моей приятельницы. Я встретилась с ней в прошлом году в Петербурге. Прежде, давно уж, мы жили с ней совершенно как сестры; но потом разошлись: я овдовела, а она вышла замуж. Я ей не советовала; испытавши сама, я получила отвращение к супружеству.
Бодаев. К супружеству, но не к мужчинам?
Гурмыжская. Уар Кирилыч!