Восмибратов. Да уж не извольте беспокоиться.
Гурмыжская. Кажется, полторы тысячи. (Роясь о ящике.) Где записка? Неужели я ее выронила? Не найду никак.
Восмибратов. Поищите, сударыня, хорошенько.
Гурмыжская. Но, во всяком случае, мне этих денег мало. Не купишь ли у меня еще участок лесу?
Восмибратов. Да чтоб уж вам весь его продать. Куда вам его беречь-то!.. Ведь с лесом, сударыня, поверите ли, только грех один; крестьянишки воруют — судись с ними. Лес подле города, всякий беглый, всякий бродяга пристанище имеет, ну и для прислуги тоже, для женского пола… Потому как у них грибной интерес и насчет ягоды, а выходит совсем напротив.
Гурмыжская. Нет, я весь теперь не продам; что за имение без леса! Некрасиво. Может быть, со временем… а ты купи этот участок, что ближе к городу.
Восмибратов. Хошь я теперь и не при деньгах, а отчего ж не купить, коли сходно продавать будете. А я было, признаться, к вам насчет другого товару.
Гурмыжская. Не понимаю.
Восмибратов. Сродственницу имеете, девицу, небогатую…
Гурмыжская. Так что же?