Настя (с испугом). Подурнела? Скажите пожалуйста, подурнела! Ах, я так и знала.
Баклушин. Успокойтесь, нисколько вы не подурнели; вы только похудели немного.
Епишкин выходит из лавки и садится на складном стуле.
Настя. Что же вы стоите здесь! Мне некогда, я за делом пришла.
Баклушин. Идите за делом, я вас подожду. У меня есть твердое намерение проводить вас до дому.
Настя. Нет, нет, ни под каким видом. Это невозможно. Я здесь до ночи останусь. Идите, идите, умоляю вас!
Баклушин. Ну, прощайте! Что с вами делать!
Настя. До свидания. (Дожидается, пока Баклушин уходит за угол лавки, потом убегает в дом, где живет Крутицкий.)
Баклушин (возвращаясь). Одна, никто ее не провожает, ни человек, ни девушка! Без перчаток, в таком платье! Странно! тут что-нибудь да кроется. Но во всяком случае я очень рад, что опять нашел ее; мне без нее не шутя было скучно. (Епишкину.) Послушайте, почтеннейший!
Епишкин. Что вам угодно, сударь?