Крутицкий (злобно). Я тебе ничего не сделал. Отойди, отступись! Служил я, так со всех брал, ты не лучше других; ты мне не отец родной, чтоб с тебя не брать. Ты сам по делам ходишь, сам с людей берешь.
Петрович. И сам беру, и знаю, как люди берут, ты мне не толкун. Попался тебе баран лохматый, ну, и обстриги его. А ведь ты со шкурой норовишь. Ты у меня с деньгами-то полбока вырвал. Я барином зажил, а ты меня сразу в нищие разжаловал. Только одна своя душа осталась, а то все ты отнял. Ты из меня, как паук, всю кровь высосал.
Крутицкий. Долго же ты помнишь! Ишь, какой памятливый!
Петрович. Век не забуду. И не попадайся ты мне лучше, не вводи меня в грех.
Крутицкий. Мы не в бессудной земле живем, не в бессудной.
Петрович. Ну, да уж в Сибирь пойду, а тебя доконаю. Отольются тебе мой слезы.
Крутицкий (толкнув Петровича). Отойди от меня! Поди, поди!
Петрович. Ну, ты потише; а то ведь я из тебя баранок наверчу.
Крутицкий (замахивается дубиной). Отойди, говорю тебе!
Петрович. Что! Ты дубиной грозиться! Ах ты, мухомор! (Отнимает дубину.) Тряхну хорошенько, только тебе и житья! (Замахивается дубиной.)