Гурмыжская (с испугом). Неужели? Слышишь, Алексис? (Карпу.) Где же он?
Карп. Я их в беседку проводил, там и почивать им приготовил-с. Они говорили, что остановились в городе в гостинице, всю поклажу там оставили, а к нам пешком из городу заместо прогулки.
Гурмыжская. Еще ничего не говорил?
Карп. Ничего-с. Они были не в духе-с.
Гурмыжская. Как не в духе?
Карп. Как вроде в забвении-с; надо полагать, с дороги-с. Требовали бумаги и чернил; долго ходили по беседке, все думали; сели к столу, написали записку и приказали вам отдать. (Подает записку.)
Гурмыжская. Что такое? Стихи какие-то. (Читает.)
Судьба моя, жестокая!
Жестокая, судьба моя!
Ах, теперь одна могила…