Зыбкина. А как жить-то будем?
Платон. А как птицы живут? У них денег нет. Только бы долг-то отдать, а то руки развязаны. Вот деньги-то. (Подает Зыбкиной деньги.) Приберите! Завтра снесем.
Зыбкина. А как жалко-то; столько денег в руках, и вдруг их нет.
Платон. Да ведь нечего делать: и плачешь, да отдаешь.
Зыбкина. Уж это первое дело — долг отдать, петлю с шеи скинуть, — последнего не пожалеешь. Бедно, голо, да зато совесть покойна, сердце на месте.
Платон. Как это, маменька, приятно, что у нас с вами мысли одинакие.
Зыбкина. А ты думаешь, ты один честный-то человек. Нет, и я понимаю, что коли брал, так отдать надо. Просто уж это очень.
Платон. А как я давеча этой ямы испугался.
Зыбкина. Ну вот! Да разве я допущу? Я последнее платье продам. Мухояров за тобой из трактира присылал, дело какое-то есть.
Платон. Надо идти, у него знакомства много, работы не достану ли через него.