Илья. Антон у нас есть, тенором поет.
Огудалова. Знаю, знаю.
Илья. Один тенор и есть, а то все басы. Какие басы, какие басы! А тенор один Антон.
Огудалова. Так что ж?
Илья. Не годится в хор, — хоть брось.
Огудалова. Нездоров?
Илья. Нет, здоров, совсем невредимый.
Огудалова. Что же с ним?
Илья. Пополам перегнуло набок, совсем углом; так глаголем и ходит, другая неделя. Ах, беда! Теперь в хоре всякий лишний человек дорого стоит; а без тенора как быть! К дохтору ходил, дохтор и говорит: «Через неделю, через две отпустит, опять прямой будешь». А нам теперь его надо.
Лариса. Да ты пой.