Каркунов. И чтоб всю жизнь он чувствовал.
Халымов. Опять ты с чувствами! А если он чувствовать не будет?
Каркунов. Тогда деньги отобрать.
Халымов. Нет, ты эти аллегории брось! Никто такого твоего завещания не утвердит.
Константин. Оставьте! Пущай не утвердят; тем лучше, все мне и достанется.
Каркунов. Ишь ты какой ловкий! Пиши: миллион! Миллион тебе — вот и все.
Константин. Одна только прокламация, больше ничего.
Халымов. Ну, еще что? Кому еще соблаговолишь?
Каркунов. Приказчику моему, Ерасту… Пиши: ему десять тысяч! Давай бумагу, ступай! Об остальном без тебя порешим.
Константин. Ну, дяденька, не ожидал. Кажется, знаете, какой я человек! Можно довериться без сумления. Стоит вам приказать словесно: выдай тому столько-то, тому столько-то — в точности исполню. Наследник у вас один я, а вы какую-то моду выдумали — завещание писать. Смешно даже.