Вера Филипповна. Так не просят.
Константин. Да я и пришел к тебе не просить, а требовать; я за своим пришел, тут все мое. Вон на столе деньги, и те мои. Прибирай, Иннокентий, благо карманы широки.
Иннокентий берет деньги со стола.
Это раз! Теперь надо пощупать, что в шкапу лежит, это будет другой.
Вера Филипповна. Что вы делаете, побойтесь бога!
Константин. Иннокентий, с тобой разрыв-трава?
Иннокентий. Со мной, государь милостивый. (Вынимает небольшой лом.)
Константин. Так похлопочи около шкапа-то! Постой! Не придушить ли ее немного, чтоб не тараторила?
Иннокентий. Как прикажешь, милостивец. Только у меня рука тяжела, после моих рук не выхаживаются. Клещи у меня здоровые, прихвачу горло, пикнуть не успеешь, государыня милостивая.
Константин. Вот, слышишь! Ну, поняла ты теперь, что мы за люди? Ребята теплые! Ты кричать не вздумай! что хорошего! Пожалуй, дядю разбудишь, а он спит теперь; а Огуревну я вниз услал, не услышит. Значит, доставай ключ, отпирай шкап и дели деньги пополам.