Платон. Какая надежда! На что тут надеяться!
Филицата. Значит, и жалеть о ней тебе много нечего.
Платон. Не знаю. Как сердце примет. Тоже ведь оно у меня не каменное.
Филицата. Ну, авось не умрешь. Ее за енарала отдают.
Платон. За генерала?
Филицата. Да. Так уж ты тут при чем? Что ты против енарала можешь значить?
Платон. Где уж! Такая-то мелочь, такая-то мелочь, что самому на себя глядеть жалко. (Качая головой.) Но кто ж этого ожидал.
Филицата. Так пойдем. Должно быть, проститься с тобой хочет.
Платон. Приказывает, так надо идти. Вот она, жизнь-то моя: одно горе не оплакал, — другое на плечи валится. (Махнув рукою.) Одни стихи не кончил, другие начинай! (В задумчивости.) Вот и повезут… и повезут нас врозь, — ее в карете венчаться с генералом, а меня судебный пристав за ворот в яму.
За сценой голос Грознова: «Если б завтра да ненастье, то-то б рада я была».