Марфа. Дома, дома. Сейчас видела в окно, сидит…
Евлалия. Занимается?
Марфа. Нет, в карты играют с приятелями.
Евлалия. В карты?.. (Встает и ходит по комнате.) А как ты полагаешь, Софья Сергевна умная женщина?
Марфа. Чего еще? Тонкая дама… насквозь все видит: только взглянет на тебя, так, кажется, всю твою душу и знает.
Евлалия. Послушай, сходи, пожалуйста, к Артемию Васильичу, скажи ему, что я жду его чай пить, чтоб он шел сейчас.
Марфа. Слушаю-с. (Уходит.)
Евлалия. Если он ответит, что ему некогда, что он занят делом, я сама пойду к нему и застану его за картами. Как ему будет стыдно!.. О, если б он поскорей пришел! Я боюсь, что у меня пройдет все негодование, весь гнев. (Молчание.) Нет, я прощу ему, прощу все, только бы он не покидал меня. Разумеется, я ему выскажу, как он огорчил меня своим сватовством; но выскажу не с упреком, а с кроткой жалобой, со слезами. Он устыдится своего поведения, он будет раскаиваться. У него душа прекрасная… он еще легкомыслен немного, увлекается… но он оценит мою любовь и уж более изменять мне не будет.
Входит Марфа.
Марфа. Сейчас идут.