Стыров. Да какой яд, зачем он попал в дом?
Марфа. Уж вы меня извините, Евдоким Егорыч; яд этот самый я в дом принесла… Только ведь я не знала и даже вздумать не могла… Я принесла его для домашней надобности; а Евлалия Андревна у меня его отобрали. Стало быть, он им нужнее.
Стыров. Да на что же ей яд?
Марфа. Они мне этого не говорили. Промеж себя они, конечно, разговаривают и даже нисколько не стесняются… Только это не наше дело.
Стыров. Об чем же они промеж себя разговаривают?
Марфа. Да разве у меня язык поднимется; да, кажется, ни в жизнь!
Стыров. Промеж себя. С кем она разговаривала?
Марфа. Вся воля ваша, Евдоким Егорыч; а как я в свою жизнь доносчицей не была, так и теперь вы от меня доносов никаких не дождетесь. Уж это пущай кто другой, но не я.
Мирон (Марфе). Да что вы ломаетесь! Ведь он весноватый.
Марфа. Кто весноватый? Вовсе нет, неправда ваша.