Ковалло одобрительно крякнул.
– Очень жаль, что здесь нет товарища Патлая. Но ночью мы его освободим, так как тюрьма будет первым пунктом в городе, на который мы поведем наступление. Итак, решено, товарищи, Я, как председатель, предлагаю вам приступить к действию сейчас же. Но чтобы мы были уверены, прошу вас ответить – подчиняетесь вы этому?
Чобот обиженно посмотрел на Раевского.
– Какое может быть сумление? Что, мы партейную дисциплину не понимаем?
Раевский устало улыбнулся. Он поднялся из-за стола, подошел к Метельскому, дружески положил ему руку на плечо.
– Скажите, доктор, вы достанете все необходимое для перевязок? Без крови не обойтись ведь…
– Все, что нужно, я достану. Куда прикажете мне сейчас направиться?
– Не будьте ребенком, Метельский. Не время! Сходите на вокзал, прощупайте немцев. Вы как железнодорожный доктор сможете поговорить с офицерами. Какое у них настроение? Хорошо бы знать, какую немцы займут позицию, когда начнется наше столкновение с легионерами.
Они вместе вышли на крыльцо. Вечерело. Шел дождь. Было сыро и пасмурно.
– Погода хорошая, – сказал Раевский. – Что ж, друзья, расстанемся до девяти вечера. Ты, Григорий Михайлович, сходи к своим деповским. Пусть человек пять членов партии придут сюда. Нужно, чтобы у нас здесь была опора. Если у кого есть оружие, пусть захватят… А вот и твоя ласточка летит! -