Его прервало несколько голосов.
Все они были перекрыты басом Чобота:
– Факт! Это по-моему – ежели бить, так до бесчувствия. Гоним панков к вокзалу!
Все подымались. Раевский отдавал последние приказания:
– Подводы с винтовками пригнать сюда. Кто из арестованных желает, пусть вооружается… Вы, товарищ Цибуля, берите на заводе коня и скачите в Сосновку. Щабель где-то застрял там… А ваши хлопцы пусть остаются здесь и помогут нам. Им сейчас дадут оружие. Чобот, берите пятьдесят человек и наступайте от рынка до реки. Жмите их к вокзалу! А мы атакуем управу… Держите связь. Запомните пароль. Не забудьте – ревком помещается на заводе.
Все двинулись к дверям. Пшигодский подошел к Раевскому.
– А куда мне, товарищ… Хмурый?
Все лицо его было в темных ссадинах.
– Это здесь? – коротко спросил Раевский, указывая на синяки.
– Да, – мрачно ответил Пшигодский. – Разрешите при вас быть?