«Этого мне для начала достаточно, - решил он. - Все остальное - позднее, когда я наведу здесь наверху мало-мальский порядок».
Наводить порядок было для него, однако, самым нелюбимым занятием.
- Я кажусь себе своей собственной домработницей! - бранился он. - Так же верно, как то, что я разбойник Хотценплотц, - я отомщу за это! И не только Димпфельмозеру, но прежде всего Касперлю и Сеппелю. Напрасно, я думаю, упрятали они меня в кутузку! Уже завтра я засяду в засаду - и уж коли я их изловлю, то сделаю из этой парочки жаркое! Да, жа-ар-ко-е, ха-ха-ха-ха-а!
С бутылочной почтой
На следующее утро Хотценплотц выступил в поход, чтобы изловить Касперля и Сеппеля. На нем снова была форма полицейского - только на сей раз за поясом были заткнуты перцовый пистолет и семь ножей. В придачу к этому он имел при себе запасную подзорную трубу и несколько крепких веревок.
На опушке леса он занял позицию за кустами дрока.
- Я залягу здесь и дождусь-таки, пока они пройдут мимо, - поклялся он себе. - Уж рано или поздно они всенепременно здесь появятся. Я это носом чую, разрази меня гром, - а мой нос меня до сих пор еще не подводил!
В подзорную трубу он осмотрел проселочную дорогу. Не видно было ни души.
Солнце палило Хотценплотцу прямо в голову, надоедливая муха жужжала вокруг его каски. Чтобы нечаянно не заснуть, он время от времени брал понюшку табаку.
- Быть такого не может, чтобы за какие-то четырнадцать дней в пожарном депо я настолько отвык от своей работы! - ворчал он. - Прежде я мог часами вылеживать в засаде, и меня тем не менее не клонило ко сну…