В газетах каждый день писали, какой злодей был этот разбойник Хотценплотц. Все люди ужасно его боялись, даже вахмистр Димпфельмозер, а уж он-то как-никак был полицейским.
- Ну вот видите, почему сразу не согласиться? - Довольно бурча себе под нос, Хотценплотц спрятал бабушкину кофейную мельницу в свой грабительский мешок. Затем он прищурил левый глаз, зорко посмотрел на бабушку правым и произнес: - Так! А сейчас послушайте меня внимательно! Теперь вы продолжаете сидеть на скамейке и не двигаетесь с места. При этом вы не спеша считаете до девятисот девяноста девяти.
- Зачем? - спросила бабушка.
- Затем! - отрезал Хотценплотц. - Когда вы досчитаете до девятисот девяноста девяти, вы можете звать на помощь. Но ни на мгновение раньше, это говорю вам я! В противном случае вам придется кое-что пережить! Понятно?
- Понятно, - шепотом проговорила бабушка.
- Только не пытайтесь меня надуть! Разбойник Хотценплотц на прощание сунул в последний раз свой пистолет бабушке под нос. Потом перемахнул через садовый забор и исчез.
Бабушка Касперля, бледная как мел, сидела на скамейке перед своим домиком и дрожала. Разбойник удалился, и кофейная мельница удалилась тоже.
Прошло еще какое-то время, прежде чем бабушка наконец смогла начать считать.
Она послушно считала до девятисот девяноста девяти.
Один, два, три, четыре… Не слишком быстро, не слишком медленно.