Наконец Хаита достигла цели своего путешествия и вошла в темные сенцы низенького домика. Она нащупала дверь и постучалась.
— Кто там? — спросил изнутри мужской голос.
Хаита тихо произнесла свое имя.
— Войди!
Комната, в которую вошла Хаита, была довольно велика, но бедна. В глубине ее на простом стуле перед столом с лежавшей на нем большой раскрытой книгой сидел человек в длинном до земли одеянии, с темным лицом, обросшим волосами. Человек этот, видно, с большим напряжением духовных сил вчитывался в книгу, потому что, когда он поднял взор на вошедшую женщину, глаза его были затуманены, как это бывает у тех, кто с трудом отрывается от своих мыслей. Однако он не рассердился на то, что помешали его занятию, и ласковым голосом спросил:
— Зачем ты пришла ко мне в такой поздний час, не случилось ли у тебя несчастья?
— С тех пор, как я покинула дом моих родителей, несчастье стало спутником всех моих дней, — ответила женщина.
— Такова, видно, воля предвечного, — сурово ответил мужчина и спросил:
— Что тебе от меня нужно?
Хаита поклонилась и, взяв его почерневшую руку, поднесла к своим губам.