— Это значит, что вы можете получать шестьсот, восемьсот, самое большее — тысячу злотых[14] в год..
Марта не раздумывала ни одной минуты.
— Я согласилась бы на эту плату, если бы меня приняли вместе с моей маленькой дочкой.
Глаза Людвики Жминской, только что подававшие надежду, стали холодными.
— А! — произнесла она. — Так вы не одиноки, у вас ребенок…
— Четырехлетняя девочка, тихая, она бы никому не доставила никакого беспокойства…
— Верю, — сказала Жминская, — однако вы не можете питать никакой надежды на получение места, имея при себе ребенка.
Марта посмотрела на нее с удивлением.
— Пани! Ведь вот эту даму, только что ушедшую отсюда, приняли вместе с племянницей… И на таких выгодных условиях! Разве она такая образованная?
— Нет, — ответила Жминская, — образование у нее не бог весть какое. Но она иностранка.