— У нас, дядя, в пансионе гостиная гораздо лучше. Между окнами должны быть зеркала и консоли, — решили кузины.
— Папа, милый папа, купи зеркало и ковер! — чуть не плача, приставала Леоня.
Бенедикт совершенно растерялся, глядя на этих трех прелестных девочек, наконец вышел из терпения и крикнул:
— Ну, не мешайте нам! Вам еще в куклы играть нужно, а не гостиные устраивать!
Девочки устремились в угол, где сидел Витольд, до сих пор не принимавший никакого участия в разговоре.
— Может быть, Леоня, тебе нужен мозаичный пол и фрески на потолке? — вдруг нарушил он свое молчание.
Леоня, не заметив гневной иронии брата, причмокнула бледными губками, как будто попробовав что-то лакомое.
— Отчего же? Это очень красиво… я видела.
И она с неподдельным восторгом, с искрящимися глазами начала описывать кузинам все чудеса, которые видела в столице. Но кузины еще и не то видали у своей двоюродной бабки, которая и сосватала их сестру своему родственнику, полуразорившемуся графчику. О нем в настоящее время и рассказывал пан Дажецкий своему шурину.
— Вы понимаете, что, выдавая дочь замуж в такой дом, я не могу не сделать ей приличного приданого. Деньги, которые я рассчитываю получить от вас, назначаются именно на это приданое.