Старуха, видимо, встревожилась и насторожилась.
— Это кто же? — спросила она.
— Да Михалек.
— Ковальчук?
— Ну да.
Бабка одобрительно кивнула головой.
— Добро, — сказала она, — добро, отчего же? Хатку да полоску земли отец с матерью ему оставили. Да еще и ремесло у него есть… Ай-ай!.. Вот бы хорошо-то! Кабы только женился!
— Ой, ой! — торжествующе зазвенела Петруся. — Ей-богу, женится! Он сам говорил мне, да и не раз, а сто раз…
Рассказывая об этом, Петруся вся просияла. Из ее веселых, почти детских глаз брызнул сноп света, из-за алых губ зубы блеснули, как жемчуг. Огромная, безмятежная радость наполняла все ее существо; она не могла усидеть на месте, соскочила с печки и закружилась по хате, распевая во все горло:
У меня есть нареченный,