Ах, в этот миг два сердца бьются томно, —
И если есть им что прощать — прощают,
Есть что забыть — всем сердцем забывают…
Проходили минуты… Поэма приближалась к концу.
Обольщенная другим, возлюбленная исчезла «как сон золотой»; влюбленный, веривший, что она «вышла из радуги», так жаловался на утрату ее:
И в плеске струй и в песне соловьиной
Я слышу весть о ней, моей желанной,
И вновь молю о смерти долгожданной…
Читая, он отвел глаза от книги и взглянул в лицо девушки. На ее искрившихся золотом и неподвижных глазах выступили две слезы и повисли на ресницах. Медленным движением он протянул к ней руку и закрыл своею ладонью ее маленькую ручку, которой она не отняла, — и две слезы, сорвавшись с ее ресниц, упали на щеки, подернутые румянцем, будто розовым облачком.
— Это слезы страдания или счастья? — очень тихо спросил он.