В толпе, окружавшей старшего Дарвида, кто-то засмеялся:
— Ну и хват малый! Ведь не пустит ее!
— А какой красавчик этот молодой Дарвид! — отозвался девичий голосок.
— Как есть королевич! — прибавил другой.
— Что же это будет? Она не уедет!
— Уедет!
— Бьемся об заклад!
— Согласен!
В одну минуту за спиной Дарвида несколько человек побились об заклад в том, уедет или не уедет сегодня женщина, с которой разговаривал его сын. На тонких губах миллионера появилась довольная улыбка, глаза из-за стекол пенсне глядели на сына почти с нежностью. Королевич! Да! Сколько непринужденной грации в движениях! Какое великолепное пренебрежение к глазеющей на него толпе! А видно, везет ему в любви! Эта артистка с европейской славой так и пожирает его своими черными очами.
Раздался третий звонок, и в то же мгновение воздух прорезал протяжный свист. Колеса вагонов медленно и мерно завертелись и покатили по рельсам.