— Говорят, родня-то ее очень против этого брака…
— Отчего же? — промычал Кулеша, прожевывая бигос.
— Оттого, что он мужик…
Кулеша сразу перестал жевать и, вытаращив на жену глаза, сердито проворчал:
— Глупости вы болтаете…
Она сложила на столе маленькие темные ручки и ровным тоненьким голоском, слегка запинаясь, отвечала:
— Вот вы говорите, что я глупости болтаю, а сами-то не очень умны, раз того не знаете, что шляхтянка — она и есть шляхтянка, а мужик — так и есть мужик…
С остервенением глотая кусок за куском, он только буркнул:
— Бабьи выдумки!
— И ничуть не бабьи, — возразила Кулешова, — именно мужчина, братец ее, больше всех противится ее замужеству. Гордец, говорят, страшный, и никак не хочет, чтоб сестра его с мужиками якшалась. А еще у нее зятья и другая родня, и те тоже не хотят…