— Мать-то какая подлая!
— Отец — негодяй!
— Мать срама, видно, побоялась!
— Разве только негодяи так поступают?
И опять:
— Что же с ним делать?
Прачка из маленького флигелька первая сказала:
— Пусть живет здесь!
На это долго никто не откликался; затем владелица катка, самая богатая из жильцов, обвела присутствующих глазами, беспокойно бегавшими на ее заплывшем жиром лице, и спросила:
— Пусть живет? А у кого?