— Если б меня не стало, то та негодная совсем бы замучила Казика…
Он вздохнул.
А Семен плакался в своих санях:
— Ой, горькая-горькая моя доля и деток моих!
В это время Клементий приподнялся слегка на санях и закричал испуганным голосом:
— Опять Пригорки!..
Петр тоже поднялся и напряг зрение.
— А как же! Пригорки!.. — подтвердил он, — чорт водит, не иначе… чорт к нам привязался, пускает туман в глаза и водит…
— На одном месте водит… — заметил Клементий.
— Да, на одном месте… не иначе, как чорт… слезай с саней.