— Чей это ребенок?
И Злотка равнодушно отвечала:
— Общий!
— Как это «общий»?
— Ничей!
— Общий и ничей! Что же это значит?
На запавших губах старой еврейки мелькала мимолетная печальная улыбка. Покачивая головой, она глубокомысленно изрекала:
— Если ребенок ничей, то должен быть всех, а ежели он всех, то, стало быть, ничей!
Покупатели разводили руками, так и не проникнув в смысл Злоткиной загадки, и тогда ее внучка, придурковатая Ципа, презрительно улыбаясь, объясняла:
— Она подкидыш! Найденыш!