— Ладно, я другую скажу.
Он опять надул щеки, откашлялся и начал:
Полон хлевец
Белых овец,
Один баран блеет…
Договорив, он нагнулся, как будто хотел поднять с пола орех, и шепнул на ухо Ганульке:
— Язык!
— Язык! — крикнула девушка среди всеобщего молчания.
— Аааа! — удивлялись все снова. — Правильно! Так и есть! Правильно! Вот умница! Такая молоденькая и такая умница! Только не надоумил ли тебя Демьян? Скажи, Демьян, говорил ты ей или не говорил? Правду скажи!
Девушка, покраснев, как пион, спряталась за кудель и подняла на хитроумного парня молящий взгляд.