— Ох, поел бы я, поел бы… Два дня в пути… Да что это я! Память, что ли, у меня замерзла? Уже две недели в пути… Иду да иду, ищу, чего не терял, только не знаю, найду ли… ха-ха-ха-ха!
Он громко говорил и еще громче смеялся. Палка, стоявшая у него между коленей, выскользнула и упала на пол; быстрым, необычайно гибким движением он нагнулся и поднял ее.
Все молчали. Кроме отца семейства, никто тут никогда не распоряжался. Микула равнодушно посмотрел на прохожего, потом неторопливо повернул голову к старшей снохе.
— Кристина! Осталось у тебя что-нибудь поесть? Осталось, так угости человека…
— Толо́кница с маком есть, — ответила сноха.
Старик окутался клубами дыма.
— Издалека? — спросил он.
— Теперь прохожий напряженно вглядывался в старика.
— Из Пруссии, — ответил он.
— Верно, куда на фабрику? Немцы всё больше на фабрику идут…