Прибыв в Псков около 9 часов вечера, комиссары Думы, Гучков и Шульгин, встретили со стороны царя обычно для него приветливый и простой прием.
В полных достоинства словах и несколько дрожащим голосом Гучков изложил императору предмет своего визита; он закончил следующими словами:
- Только отречение вашего величества в пользу сына может еще спасти отечество и сохранить династию.
Самым спокойным тоном, как если бы дело шло о самой обыкновенной вещи, император ответил ему:
- Я вчера еще решил отречься. Но я не могу расстаться с моим сыном; это было бы выше моих сил; его здоровье слишком слабо; вы должны меня понять... Поэтому я отрекаюсь в пользу моего брата Михаила Александровича.
Гучков сейчас же преклонился перед доводами отцовской нежности, на которую ссылался царь. Шульгин тоже согласился.
Император прошел тогда с министром Двора в свой рабочий кабинет; вышел оттуда спустя десять минут, подписавши акт об отречении, который граф Фредерике передал Гучкову.
Вот текст этого памятного акта:
"Б_о_ж_ь_е_й_ _м__и_л_о_с_т_ь_ю_ Мы, _Н_и_к_о_л_а_й_ II, _и_м_п_е_р_а_т_о_р_ _в_с_е_р_о_с_с_и_й_с_к_и_й, _ц_а_р_ь_ _п_о_л_ь_с_к_и_й, _в_е_л_и_к_и_й_ _к_н_я_з_ь_ _ф_и_н_л_я_н_д_с_к_и_й_ и пр., и пр., и пр. - _о_б_ъ_я_в_л_я_е_м_ _в_с_е_м_ _н_а_ш_и_м_ _в_е_р_н_о_п_о_д_д_а_н_н_ы_м:
В дни великой борьбы с внешним врагом, стремящимся почти три года поработить нашу Родину, Господу Богу угодно было ниспослать на Россию новое тяжкое испытание.