Для охоты на зверьков с лайкой всегда берется топор, — а иногда и лопата, — чтобы вырубать корни. Во многих районах Ленинградской области и местами в Карелии употребляется и «щуп» — простое и удобное подсобное приспособление, очень мало известное в Северном крае. Это не что иное как обыкновенный стальной прут, длиною около одного метра (хорош и шомпол от военной винтовки, заостренный с одной стороны, а с другой загнутый в виде ручки. Таким щупом охотник «колет» землю (стог, хворост), чтобы «стронуть» упрятавшегося зверька, облегчив тем самым собаке точность его «учуивания», и чтобы заставить его скорее выскочить из своего убежища. Применение щупа всегда дает положительные результаты. Некоторые охотники носят его прилаженным с правой стороны вдоль ружья, для чего делаются специальные «ушки» из проволоки (на ложе и у антабки). Пристроенный таким образом щуп стрелять не мешает.
Для охоты на горностая, хоря и ласку часто употребляется обмет (особенно на горностая).
Бывают случаи, что горностай, чаще других зверьков встречающийся в лесу, забравшийся под корни сухого дерева, при «напоре» собаки залезает по дуплу (внутри ствола) далеко вверх (а иногда вылезает и на сучья, наружу). При этом малоопытная собака, недоумевая, перестает лаять. Ударом по дереву это надо проверить и, прорубив в дупле отверстие, — бросить туда что-нибудь зажженное. От этого горностай немедленно вылезет наружу.
Наличие у всех этих зверьков (а также у норки и выдры) пахучей железы под хвостом (особенно — у хоря) и иногда сильное извержение ее содержимого (как защита) оказывают на чутье собаки как бы парализующее действие и в некоторых случаях даже делают ее неспособной в продолжение нескольких часов к работе. Собака временно перестает чуять след другого зверя, менее пахнущего. Замечено, что собаки, много работающие по указанным зверькам, под старость раньше, других теряют чутье и зрение.
Охота на норку и выдру
По норке и выдре работа лайки почти одинакова.
Оба зверя водятся близ речек, лесных озер, реже — на болотах, заросших кустами. Норы их бывают чаще всего в самых береговых откосах, под корнями, по хворостом и т. п. Отверстий (отнорков) всегда бывает несколько, из них два — три выходят ниже уровня воды.
Охотясь на норку и выдру, охотник идет вдоль берега речки или озера, а разыскивающая след собака бежит впереди, не отдаляясь от речки дальше 5метров, а иногда даже по самой воде, если речка мелкая. Первое условие для норковых собак — это не бояться лезть в воду. Между тем такая боязнь наблюдается, особенно у лаек, воспитанных в городах. Чем больше собака движется по самой речке, чем чаще она ее переплывает с одного берега на другой, исследуя всякую подозрительную береговую кочку или корень дерева, свисающий с крутого берега, чем больше интересуется навесами почвы над руслом речки (козырьки), — тем больше шансов, что она не пропустит след зверя.
Именно такое поведение у реки и является типичным для выдровой и норковой собаки.
Норка и особенно выдра могут проплывать по ночам по речкам или озерам в поисках корма (главным образом, рыбы) большие расстояния. На берег они вылезают иногда только на минуту, где следы их остаются возле самой воды на расстоянии какого-нибудь метра. Иной раз зверек только наполовину высовывается из воды, и на берегу остается след только от передних лапок. Поэтому собаке, отвлекающейся от воды на недосягаемое для ее чутья расстояние, пропустить такой след очень легко. Хорошие «речные» собаки, раз учуя такой, даже незначительный, след, идут (или плывут) по самой реке, пока не доберутся до того места, где затаился зверь, и там его облаивают.