На глазах ее показались слезы…
- Да… я теперь начинаю вспоминать… вы когда-то желали услышать от меня еще раз - Шуберта… Теперь я могу исполнить ваше желание. - Она села к роялю и с минуту как будто припоминала что-то… Легкий, едва заметный трепет пробежал по ее телу… руки прикоснулись к клавишам, и раздались печально-медленные аккорды "Странника"*. * "Der Wanderer".
Она пела:
…"Тихо и грустно странствую я по жизненному пути, и вздохи беспрестанно спрашивают: где же, где?
"Здесь солнце светит на меня так холодно… цвет жизни моей вянет, речи их - для меня звуки пустые…
"О, где же ты, где ты, моя возлюбленная страна, так мной любимая, предчувствуемая и никогда мной не знаемая? Страна, столь полная надежды, - страна, где цветут мои розы, где живут друзья мои, где восстают мои мертвые, - страна, где говорят моим языком, - о, где же ты, где ты?
"Тихо и грустно странствую я по жизненному пути, и вздохи беспрестанно спрашивают - где она, где она?
"Мне слышится, словно в дуновении ветра прозвучал таинственный голос: там, где нет тебя, - там твое счастие…"
Она смолкла, голова ее болезненно склонилась к груди… Это была ее лебединая песнь. Он смотрел на нее, и по бледному лицу его ручьями лились слезы…
Отдохнув, она долго еще разговаривала с ним о своей жизни в Москве, о чужих краях… Наконец он встал со стула и взялся за шляпу.