- Чудесные, мастерски подобраны, как смоль черные, ни одного пятнышка нет, - отвечал Петр Александрыч.
- Э-ге! - Семен Никифорыч выпустил опять дым из носу.
Прасковья Павловна, казалось, была очень довольна, что у Семена Никифорыча с сыном ее завязался разговор, и она не сводила с них глаз.
- А где же Оленька? - спросила она вполголоса у дочери бедных, но благородных родителей,
- Она, кажется, в сад пошла.
- В сад?.. - Прасковья Павловна сделала невольную гримасу. - Очень странно! кажется, ей следовало бы гостей занимать; я полагаю, что это дело хозяйки. Стало быть, душенька, мы, деревенские, лучше столичных приличие знаем.
- Она, верно, ищет уединения!.. - Дочь бедных, но благородных родителей иронически улыбнулась.
- А что, милостивый государь, - сказал Андрей Петрович, подойдя к Петру
Александрычу и подбоченившись фертом, - играете ли вы в бильярд?
- И очень. - Петр Александрыч небрежно приложил голову к спинке дивана. - Я в