- Не правда ли, в этом старике есть что-то рембрандтовское? - сказал мне князь, не обращая внимания на капризы дочери и показывая на одну из картин, изображавшую старика за книгой.
Я подошел поближе к картине. Картина точно была недурна, и я распространился в похвалах ей, к немалому удовольствию князя, который, сколько я замечаю, ужасно высоко ценит свою небольшую галерею.
Княжна подошла к нам. Она посмотрела на меня в этот раз довольно милостиво и довольно пристально.
- Не правда ли, Москва очень скучна? - спросила она меня.
- Я еще не успел в ней соскучиться; для меня в Москве все так ново…
- Да!.. вы любовались видами.
- Кстати, где эти московские виды, которые ты сделала карандашом на память?
- Я разорвала их.
- Можно ли это?.. - Князь пожал плечами.
- Княжна любит заниматься рисованием? - осмелился спросить я, не обращая, однако, вопрос мой прямо к ней.