Сегодняшний вечер еще более незабвен в моей жизни: сегодня я ощутил в себе еще полнее то неизмеримое, бесконечное блаженство, которое чувствовал некогда там, на берегу моря…
Я сидел в саду на скамейке, стоящей на высоком холме, с которого виднеется вся синеватая гладь озера. У его берега чуть заметно колебался небольшой пестрый ялик. Цветы, посаженные на холме, оживали, утомленные, после дневного жара и приподнимали свои лучезарные, радужные головки, и сильнее начинали дышать ароматом. Солнце, медленно заходящее, просвечивало сквозь темную и густую зелень дерев, и каждый листок становился прозрачным; светлые кружочки обозначались на желтой песчаной дорожке; вдали раздавался пастуший рожок… Не знаю, долго ли я просидел на этой скамейке до той минуты, когда услышал вблизи себя шорох женского платья. Я обернулся на этот шорох - и увидел в двух шагах от себя княжну с рыжею мисс.
- Вы мечтаете? - спросила меня княжна насмешливо.
- Отсюда вид очень хорош, так я смотрел на вид, княжна, - отвечал я как мог равнодушно. Насмешка ее была мне досадна.
- Это моя скамейка, я здесь велела поставить ее: отсюда видно мое озеро, мое любимое озеро.
Голос и лицо княжны совсем изменились, когда она проносила это. Можно было поклясться, что ни этот голос, ни лицо неспособны к насмешке.
- А вы умеете грести?
- Умею.
- Вы не боитесь воды? - И, предложив мне последний вопрос, княжна, смеясь, посмотрела на меня.
- Нет, не боюсь.