- Прикажите же послать за нею и за священником; мне непременно хочется причаститься сегодня. Скажите батюшке.
К вечеру больная сделалась беспокойнее.
- Что же нет няни? - спрашивала она, - послали ли за священником?
Она вполголоса читала молитвы и по временам вздрагивала и прислушивалась, нейдет ли кто. Дверь скрипнула, точно кто-то вошел на цыпочках.
- О, это она, это моя няня! - произнесла Софья шепотом, - теперь мне легче.
В самом деле, то была она. Старуха шла к постели умирающей, глотая слезы и заглушая в груди рыдания.
- Няня, няня! это ты? - И девушка протянула к ней руки и улыбнулась, - я уж совсем не думала видеть тебя; подойди ко мне поближе.
Старуха не выдержала, взглянув на свою вскормленницу; она зарыдала в голос, бросилась на колени перед нею, схватила ее руку - и целовала ее, обливая слезами.
- Голубчик мой, красное мое солнышко! - приговаривала она, - думала ли я, что господь бог приведет меня увидеть тебя такой? Сердце-то мое пополам разрывается, глядя на тебя. Ох, лучше бы мне, горемычной, не дожить до этого часа! Пташка ты моя ненаглядная!.. улетаешь ты от нас далеко. Уж возьми и меня с собою!
Она еще что-то говорила, но слов нельзя было различить: эти слова сливались в отчаянный, безнадежный вопль.