Она подошла к Надежде Сергеевне.
- Сказать ли вам, кто ее убил, матушка? Я знаю - и скажу это так же перед вами, как и перед богом. Я простая женщина…
- Кто? кто? - вскрикнула в бешенстве Надежда Сергеевна, сверкая глазами.
- Вы, сударыня! извините меня, я простая женщина: у меня что на уме, то и на языке.
Верно, такого ответа не ожидала Надежда Сергеевна, потому что она покачнулась и удержалась только рукою за кровать.
- Вон, вон с глаз моих! - прошипела она, - чтобы и духа твоего не было в моем доме!
Александр скоро узнал о болезни Софьи, и хотя ни он, ни мать его не думали, чтобы болезнь эта была так опасна, но они оба беспокоились, тем более, что няня ее давно не приходила к ним. Александр раз как-то попытался узнать о здоровье Софьи
Николаевны у людей г-на Поволокина, но из ответа их не мог вывести никакого заключения. Все эти люди смотрели на него подозрительно и нехотя, односложно и грубо отвечали: "Больна, лежит". Он спросил Ивана, того самого человека, который всегда ходил за нею, - ему сказали, что он более уже двух недель как не живет у них. Дни медленно тянулись для старушки и ее сына - и вот в один вечер, когда они сидели вдвоем, сильно зазвенел колокольчик. Они оба вздрогнули и посмотрели друг на друга.
- Кто б это в такую пору? - сказала Палагея Семеновна.
Был час седьмой вечера. Александр со свечой пошел отворять дверь.