Взаимно!.. А есть ли, господа, на земле что-нибудь выше, что-нибудь отраднее, чтонибудь святее взаимной любви?
— Мне ли не любить вас, Иван Александрович?.. — И голова его упала на ее руку, и он прильнул к этой руке горячими устами…
Вдруг кто-то застонал в ближней комнате.
— Ах, маменька!.. — Елизавета Михайловна чуть не вскрикнула; вскочила со стула и выбежала из комнаты.
Иван Александрович остался неподвижен на стуле.
На другой день тетушка его почувствовала себя лучше. Она сидела на кровати, прислонясь к подушкам, и смотрела на свою Лизу.
— Лизочка, — говорила она ей, — моя молитва дойдет до бога: я молилась за тебя каждое утро, каждый вечер. Он, отец мой небесный, видел мои слезы. Лизочка! Он даст тебе счастье.
Старушка протянула к ней свою ослабевшую руку и крестила ее.
— Матушка, друг мой, выздоравливайте скорее, и тогда… тогда я буду совершенно счастлива.
— Ну, полно, плакса. Видишь ли, я сегодня пободрее могу сидеть. Перестань хныкать, прочти-ка мне лучше письмо Евграфа Матвеевича. Спасибо ему, спасибо: не забывает старых друзей, даром что идет вверх и весь обвешан крестами… Право, спасибо.